Неупокоев Константин Константинович
(11(23).09.1884–19.01.1924)


Гидрограф, исследователь Арктики.
Родился в Петербурге в потомственной морской семье. Для него судьба флотского офицера была предрешена старинным екатерининским указом, предписывавшим всем мужчинам рода Неупокоевых служить в военном флоте. Отец Неупокоева, Константин Михайлович, служил под началом М. Ф. Рейнеке и занимался съемкой Балтийского моря, где его имя носят шесть банок. Он вышел в отставку в звании генерал-майора КФШ.
Из двенадцати детей Константина Михайловича четверо сыновей окончили Морской кадетский корпус.
Самый старший, Владимир, в 1894 году в составе экипажа крейсера «Вестник» участвовал в съемке побережья Кольского полуострова, в 1900–1901 гг. производил метеорологические и гидрографические наблюдения в походах ледокола «Ермак» под руководством С. О. Макарова, исследовал моря Тихого океана. Из русско-японской войны 1904–1905 гг. вышел с ранением и орденом Св. Анны 3 степени, в 1905 году был уволен со службы в звании капитана 2 ранга. Он по праву считается основателем Владивостокского мореходного училища, которым руководил до самой смерти в 1912 году.
Леонид был застрелен в 1905 году во время восстания на броненосце «Потемкин» хорошо известным советским людям матросом Матюшенко.
Самый младший, Дмитрий, в 1908 году служил минным офицером в составе русской эскадры, оказывавшей помощь пострадавшим от Мессинского землетрясения, был награжден итальянской серебряной медалью. Его боевые заслуги во время Первой мировой войны отмечены двумя орденами Св. Анны и орденом Св. Владимира 4 степени.
Не только старинный указ, но в большей степени собственное горячее желание привели Константина в Морской корпус, где сразу же проявились его блестящие способности, особенно в математике. Одним из лучших он окончил корпус, получив за успехи в учебе премию им. П. С. Нахимова.
По окончании учебы в 1905 году Неупокоева направили на Дальний Восток, где еще продолжалась русско-японская война. Он начал службу на боевых кораблях, а после завершения военных действий в должности старшего штурмана транспорта «Шилка» производил опись Квантунского полуострова и восточного побережья Камчатки, выполнял промеры в дальневосточных морях. Плавания в малоизученных и трудных для навигации местах стали для него прекрасной морской школой. Выбрав из многочисленных морских специальностей штурманское дело, он достиг больших успехов, став за короткое время одним из лучших штурманов на Дальнем Востоке.
Важнейшим этапом в жизни Неупокоева оказалось участие в г/э СЛО. Он оказался одним из немногих офицеров, принявших участие во всех пяти плаваниях экспедиции, пройдя через все ее тяготы и по праву разделив все ее успехи и достижения.
Неупокоев был назначен одним из помощников начальника экспедиции и старшим штурманом л/п «Вайгач», где, выполняя штурманские обязанности, руководил также гидрографическими работами. Эти работы в г/э СЛО в силу специфики стоявших перед ней задач не являлись обычными, не носили систематического характера. Включая в себя большинство трудностей гидрографических работ в арктических морях, они в то же время требовали большого чисто штурманского опыта и умения разобраться в сложнейшей обстановке. По утверждению коллег в этом отношении Неупокоев резко выделялся из среды своих товарищей. В силу своих способностей, склонности к анализу, природному таланту в оценке распределения льдов, умению определить свое местоположение он был абсолютно незаменим. Его друг Н. И. Евгенов писал: «Мне, плававшему с ним в Экспедиции три года, лично приходилось поражаться, с каким спокойствием, с какой выдержкой Константин Константинович вел корабль. В 1915 г. суда Экспедиции «Таймыр» и «Вайгач» по освобождении из ледяных оков на зимовке обязаны своему благополучному выходу в дальнейшем на чистую воду во многом именно К. К-чу. Невольно перед глазами встает картина блестящих маневров «Вайгача» в проливе Матисена и вывод им судов с рейда Зари проливом Фрам среди тяжелого льда дальше на запад. И все это потому, что на «Вайгаче» был К. К. Неупокоев».

 

«Вайгач» пытается выйти из льдов с помощью взрывов.

(из архива Н.И. Евгенова)

 

Велика роль Неупокоева и в научных достижениях г/э СЛО. Им произведена морская опись с «Вайгача». Вместе с Л. В. Сахаровым он разработал первую схему поверхностных течений для западной части Чукотского моря, внес огромный вклад в гидрографические исследования, обработку картографических материалов и их последующее издание. Написанные Неупокоевым и изданные позднее «Материалы по лоции Сибирского моря» явились ценным и долгое время единственным опубликованным материалом экспедиции. И, наконец, Неупокоев одновременно с Н. И. Евгеновым на «Вайгаче» и Л. М. Старокадомским на «Таймыре» 3 сентября 1913 года первым увидел Северную Землю.

 

Личный состав л/п «Вайгач».

Сидят: крайний слева К. К. Неупокоев, пятый – Э. Е. Арнгольд, шестой – Н. И. Евгенов. 1913 год

(из архива Н. И. Евгенова)


Обладая великолепными профессиональными качествами, будучи моряком по призванию, Неупокоев, по отзывам товарищей, отличался спокойствием, рассудительностью, добросердечием, располагающими к нему людей. За выполненные исследования он был награжден орденом Св. Станислава 2 степени.
В 1916–1918 гг. Неупокоев командовал «Вайгачем» и мощным ледоколом «Святогор» («Красин»). После революции он обратился к командованию советских военно-морских сил в Архангельске с предложением организовать гидрографическую экспедицию из Архангельска в устье Лены. Залогом успешной реализации этого проекта, по его мнению, был опыт плаваний в составе г/э СЛО в 1910–1915 гг. Для проведения работ он просил пароход «Иней» с командой в 15 человек. Разрешение было получено, подготовка шла полным ходом, но все планы сорвала интервенция.
После окончания гражданской войны Неупокоев возглавил Обь-Енисейский отряд известной Карской экспедиции 1920 года (хлебная экспедиция). В течение июня–июля отряд вел гидрографические работы и опись устьевых районов Оби и Енисея. Были сделаны промеры горла Енисея, осмотрен сидящий на подводных камнях л/п «Вайгач». С 1920 года отряд Неупокоева развернул свою деятельность в районах Обской губы, Енисейского залива, низовьев Оби и Енисея, обеспечивая жизненно необходимые для экономики страны Карские экспедиции. Гидрографические работы под руководством Неупокоева были продолжены в Обь-Енисейском районе и в 1921 году.
С учетом размаха и важности задач, стоявших перед Обь-Енисейским отрядом, в 1922 году он был реорганизован в Убекосибирь, первым начальником которого стал Неупокоев. Летом Неупокоев лично перегнал из Петрограда на Енисей г/с «Метель». Это был первый заграничный поход судов молодой Советской России, о котором сейчас мало кому известно.
Масштаб личности Неупокоева, как человека и специалиста, позволил ему стать руководителем, способным решать стратегические задачи, выходящие за рамки судовождения. Он был участником целого ряда совещаний, имевших широкий межведомственный характер. В 1923 году Неупокоев получил задание по разработке и постройке морских лихтеров, предназначенных для плаваний по Северному морскому пути. Он стремился расширить сферу деятельности Убекосибири. В декабре 1923 года Полярная комиссия АН СССР заслушала доклад Неупокоева о возможностях Ленского прибрежного плавания.
Коллеги, друзья Неупокоева, все имевшие с ним дело, помимо высочайшего профессионализма Константина Константиновича отмечали его крайнюю скромность, отзывчивость, доброжелательность и порядочность. Как писал Н. И. Евгенов, «будучи человеком крайне скромным, он не получил, может быть, той известности в широких кругах, на которую вправе был рассчитывать, хотя среди деятелей севера имя К. К. Неупокоева пользовалось всегда большим весом. Встречаясь с ним на берегу, в частной беседе трудно было представить, что перед Вами известный смелый исследователь и блестящий моряк».
Неутомимая деятельность Неупокоева, полного энергии, новых замыслов и планов, трагически прервалась после неудачной операции аппендицита. Он ушел в расцвете сил, очень многое не успев сделать и оставив жену с тремя маленькими детьми (младший, названный также Константином, родился через полтора месяца после смерти отца). После смерти Неупокоева долгие годы гидрографические работы в юго-восточной части Карского моря вело г/с «Неупокоев».
Похоронен в Петрограде на Шуваловском кладбище. Могила, к великому сожалению, не сохранилась.
Остров и коса в Гыданском заливе. Неупокоев установил его островное положение в 1921 году. Назван Гидрографическим управлением в 1930-е годы.
Мыс и лагуна на юго-западе о. Большевик. Мыс открыт в 1914 году г/э СЛО. Назван позднее по ходатайству начальника Убекосибири Тимофеевского и гидрографа Морозова. Лагуна получила название от мыса в 1950-е годы.
Залив между заливами Русанова и Седова на восточном побережье северного острова Новой Земли. Открыл в 1910 году В. А. Русанов и назвал именем Ильи Вылки. Название не прижилось. Современное название дала в 1925 году экспедиция Института по изучению Севера на судне «Эльдинг».
Бухта на о. Преображения в море Лаптевых. Названа в 1914 году г/э СЛО.

 

Вернуться на главную страничку